Темный режим

Bloodstreamruns

Оригинал: Nature and Organisation

Течетрекакрови

Перевод: Никита Дружинин

As I descended with the Dogs Blood Rising, so then I ascended to the Thunder Perfect Mind. Great grey bloodspeckled slabs of slate have fallen — this is my vision in the croaking jeering world: All idiotic faces and swollen hearts; in the papers the faces are not real, in the world the faces are not real — but in the Heart of the Hearts the Face is real. The dead die abroad, the crows fly, the wolves fly, and four poorly painted cardboard horsemen sheet over the back of the winds.

И я сошел вниз с Восходом Псиной Крови, и так я взошел к Грому Совершенного Разума. Гигантские каменные плиты в брызгах крови обрушились наземь — так я вижу этот блеющий, корчащий язвительные гримасы мир: все эти идиотические лица, опухшие сердца — в новостных листках нет подлинных лиц, и в мире сем нет подлинных лиц, но в Сердце Сердец явлен подлинный Лик. Мертвые умирают на чужбине; и несутся по небу вороны, и несутся по небу волки, и четверка дурно намалеванных картонных всадников заворачивает в холстину изнанку ветров.

They are not legion — but closed.

Их не легион, но ограниченное число.

God walked on Earth in those days. Now, still, in my Hearts He walks still.

В те дни Господь ходил по земле; и ныне ходит Он по землям моего сердца.

In the green fields far away there is a solid tree (mother and the Sign she makes). On the brokenhorse zodiac signs, yellow face passes (All the Rainbow her arms were...). All books piled up in dirty heaps, craterlike surface, pitted — Oh, bellissima — Largherana — if the seahorse was golden, colden... and talking back the bloody streams of God's own Pain: "Why should we have compassion for others, when God Himself has had no pity... on others?" "Take back the bloodspeech", she said to me... Certain colours came from her body; she is alone!

В далеком зеленом поле высится могучее дерево (мать и Знамение, что она совершает). Над хромоногой клячей зодиакальной гаммы вспыхивает и исчезает желтое лицо (вся Радуга ее рук...) Все книги свалены в грязные кучи, изрытая, словно в кратерах, поверхность, — o, bellissima! — Largherana! — если б морской конек был золотым, золотым... и вновь перечить кровавым потокам Господней Боли: "Почему мы должны быть милосердны к ближним своим, когда Сам Бог был так безжалостен к другим?" — "Возьми назад эти кровавые речи", — сказала она мне... Некоторые краски изошли из ее тела; она была одна!

God walked on Earth in those days. Now, still, in my Hearts He walks still.

В те дни Господь ходил по земле; и ныне ходит Он по землям моего сердца.

And the brokenface of this horizoned world is covered by crystalcross ice.

И искаженный лик скованного горизонтом мира покрывается хрустальными крестиками льда.

And the brokenface of this horizoned world is covered by crystalcross ice...

И искаженный лик скованного горизонтом мира покрывается хрустальными крестиками льда...

When this whole wide eyeless world sighs, this eyeless world sighs...

И весь огромный безглазый мир вздыхает, слепой мир вздыхает...

All the stars are souls each single planet is the lifeflame of the nothingy eternally spark. I cannot believe despite the evidence of one Godeye and one pooreye that this world is God's own bloodred grassgreen blueblack skypied Paradise. When I lay in the arms of one woman I said to her silent: "You will be forever mine though You go as You shall though You diediedie. Sleep as You shall die I shall love You always between Your bodies. I pray that I shall be forever Thine. If I say to You Love then Listen You should be crowned above all."

Все звезды суть души; каждая планета — светящаяся жизнь ничтожной вечной искорки. Я не могу поверить — вопреки свидетельству Ока Господня и ничтожного ока — что этот мир есть багряный, как кровь, зеленый, как листва, черный и синий, небесный Божий Рай. Некогда, лежа в объятьях одной женщины, я сказал ей: "Ты всегда будешь моей — хотя Ты уйдешь, как тебе и должно — хотя Ты умрешьумрешьумрешь. Спи; хотя Ты умрешь, я буду вечно любить Тебя в любом Твоем воплощении. Я молюсь о том, чтобы я всегда был Твоим. И если я скажу тебе: "Любовь моя" — послушай — в конце концов Ты будешь увенчана".

God walked on Earth in those days. Now still, in my Hearts He walks still.

В те дни Господь ходил по земле; и ныне ходит Он по землям моего сердца.